– Уже слишком поздно, Тина.

– Мы привлекаем рецензентов со стороны. Я… нам присылают очень много рукописей, и я не могу читать каждую сама. Мы получаем двести рукописей в неделю.

– Моя показалась недостаточно важной для того, чтобы прочесть ее самой, да, Тина?

– Нет, я совсем не то имела в виду.

– А я думаю, как раз то. Ты хочешь сказать, что она достаточно важна для меня, чтобы написать ее, но недостаточно – для тебя, чтобы ее прочесть. Это биография моей матери, Глории Ламарк.

– Глории Ламарк? – эхом отозвалась Тина. Ее горло сжал страх.

– Ты никогда о ней не слышала? – Голос сочился презрением.

– Я… слушайте, пришлите мне еще раз, и я… я прочитаю ее.

Тон голоса изменился, теперь в нем сквозил шарм самого высокого класса. Тина стала надеяться, что все закончится хорошо.

– Знаешь что? Я бы хотел, чтобы все так и было. Поверь мне, я говорю совершенно искренне.

Тина заметила, что в руках мужчины блеснул металл. Затем она услышала звон и шлепок ладони.

– Что это было? – спросила она.

– Монета. Особая монета, принадлежавшая моему отцу. Золотая монета достоинством в двадцать марок, выплавленная в государстве Гессен-Дармштадт в 1892 году, последнем году правления короля Людвига Четвертого. Я только что подбросил ее. Орел и решка. Один и нуль. Выбор одного из двух вариантов. Можно свести к нему все на свете. Так работают компьютеры – ты знала об этом, Тина? Заряжено-разряжено. Вся наша жизнь состоит из двух противоположностей – белого и черного. В этой простоте содержится великая красота. Если бы ты прочитала мою книгу, ты бы знала об этом.

– Я… я прочту ее.

– Нет. Момент упущен. Все в жизни должно происходить в свое время. Ты когда-нибудь думала об этом?

– Никогда не бывает слишком поздно.