Удар об асфальт был так силен, что у Трунина едва не выскочили зубы. Он почувствовал дикую боль в ногах и пояснице, услышал хруст собственных костей и теперь уже окончательно потерял сознание. Естественно, он не мог видеть, как в окне на третьем этаже на краткий миг появилась и пропала черная голова. Григорий даже не видел, как из-за угла выскочила сверкающая огнями «Скорая», которая мчалась куда-то совсем по другому вызову, но бригада, сидящая в автомобиле, просто не смогла проигнорировать совершившийся на их глазах случай самоубийства.
Трунина освидетельствовали, оказали помощь и доставили в ближайший травмпункт как неизвестного с суицидальными наклонностями, требующего наблюдения психиатров. В Хабаровск он уже не уехал, зато остался жив и даже получил какое-то время на то, чтобы осознать, что же все-таки с ним случилось.
Глава 2
Директору спортивного комплекса совсем не обязательно придерживаться в одежде спортивного стиля. Но этот придерживался. Голубовато-стальной блейзер с набивной эмблемой футбольного клуба «Реал», темные зауженные брюки из тонкой шерсти, ослепительно-белые кроссовки на ногах. Директор был довольно молод, по-спортивному подвижен, но изрядно напуган, отчего подвижность эта более походила на вынужденную суетливость. Полковнику Гурову, старшему оперуполномоченному по особо важным делам, представлялось, что напуган Павел Петрович Рудников (так звали директора) не столько тем жутким убийством, что произошло во вверенном ему спортсооружении, а о возможном в связи с этим печальным событием любопытстве, которое правоохранительные органы вполне могут проявить к финансовым делам спортивного директора.
Сам-то полковник Гуров не склонен был связывать смерть тренера детской гандбольной команды Смирнова Анатолия Романовича с возможными финансовыми махинациями его шефа.