Если бы он был с ней честен… если бы он сдержал свое слово.

Не миллионы «если», а только несколько – только те, которые действительно имели значение.

Ее удивило, что она ничего не чувствует по отношению к нему. Она боялась этой встречи и даже не была уверена, правильно ли поступила, согласившись на нее. Может быть, ей было жаль Брайана – он словно сошел с ума, непрестанно звонил ей, заваливал ее электронными письмами, факсами, цветами, умолял передумать. Или, может быть, она согласилась встретиться с ним еще раз, чтобы быть абсолютно уверенной в своем решении.

Да, теперь она была абсолютно уверена. Какое облегчение! Наконец, по прошествии семи лет, она освободилась от чувств, которые когда-то поработили ее. Она могла спокойно ходить мимо «Каприза», не страшась неожиданного укола в сердце. Она могла слушать Lady in Red, не испытывая внезапной острой тоски. Она могла просыпаться утром, не страдая от внутренней боли, вызванной тем, что сегодня суббота и она не увидит его до вечера понедельника. Телефонные звонки, которые раньше освещали ее жизнь, стали теперь вторжением в нее.

И наконец, спустя семь лет с момента их первой встречи, до нее дошло то, что с самого начала вдалбливали ей в голову мать, сестра Лара и лучшая подруга Рокси.

Брайан Трасслер, ты полное и беспросветное дерьмо.

Он вынул из пачки сигарету и зажег ее.

– Аманда, не поступай со мной так, – сказал он. – Я так тебя люблю. Я обожаю тебя.

– Знаю, – просто сказала она.

Он смотрел на нее и барабанил пальцами левой руки по скатерти. Его глаза были красны – интересно, не из-за того ли он выглядит так плохо, что не спит. Он говорил ей, что не может уснуть по ночам, все думает о ней. Ей жаль было это слышать. Она не хотела причинять ему боль.

Он тяжело дышал.

– Я готов оставить Линду.

Линда была красивой женщиной с короткими черными волосами и печальным выражением лица – она будто знала, что с ее браком что-то не так. Аманда никогда не испытывала по отношению к ней злобы, только ревность и, временами, кошмарное чувство вины.